80-летний житель небольшой деревеньки Дежга в иранской провинции Фарс вот уже в течение 60 лет вообще не моется, считая, что чистота принесет ему хвори и болезни, пишет Daily Mirror со ссылкой на иранские СМИ. В молодости Аму Хаджи пережил несколько личных драм и с тех пор живет уединенно. Большую часть времени иранец проводит в норе в земле или внутри небольшой кирпичной лачуги, построенной ему доброжелателями. В основном старик питается мясом мертвых животных, которых запекает на костре. Пьет грязную воду. А чтобы расслабиться, курит высушенный навоз из трубки, сделанной из водопроводной трубы. Одевается Аму Хаджи в лохмотья. Зимой носит военную каску, чтобы не замерзнуть. С помощью автомобильного зеркала следит за своей прической. Когда надо избавляется от лишних волос, поджигая их. Местные жители не раз предлагали отшельнику сходить в душ. Но тот напрочь отказывается, как и от чистых продуктов и чистой воды.
80-летний житель небольшой деревеньки Дежга в иранской провинции Фарс вот уже в течение 60 лет вообще не моется, считая, что чистота принесет ему хвори и болезни, пишет Daily Mirror со ссылкой на иранские СМИ.
В молодости Аму Хаджи пережил несколько личных драм и с тех пор живет уединенно. Большую часть времени иранец проводит в норе в земле или внутри небольшой кирпичной лачуги, построенной ему доброжелателями.
В основном старик питается мясом мертвых животных, которых запекает на костре. Пьет грязную воду. А чтобы расслабиться, курит высушенный навоз из трубки, сделанной из водопроводной трубы.
Одевается Аму Хаджи в лохмотья. Зимой носит военную каску, чтобы не замерзнуть. С помощью автомобильного зеркала следит за своей прической. Когда надо избавляется от лишних волос, поджигая их.
Местные жители не раз предлагали отшельнику сходить в душ. Но тот напрочь отказывается, как и от чистых продуктов и чистой воды.
